Эпоха коронавируса тотальное сумасшествие — Викулов

ЭПОХА КОРОНАВИРУСА. О ТОТАЛЬНОМ СУМАСШЕСТВИИ, КАК ГЛАВНОМ ОСЛОЖНЕНИИ КОРОНАВИРУСА

Викулов А.О., врач-гомеопат,
Белореченск, Кубань.

Уже несколько недель мои пациенты просят меня написать статью о том сумасшествии, в котором мы вынужденно находимся. В принципе, почти все, что я могу сказать по этому поводу, я написал в своей старенькой статье «Теория болезни в свете работ Давыдовского, Анохина и прочих авторов русской физиологической школы».

И добавить к этому ранее написанному, можно мало чего, поэтому я и отмалчивался. Однако, на днях мне попалось сообщение о том, что разрабатывается новый класс вакцин против вирусов группы ОРВИ, который должны раз и навсегда решить эту проблему.

И вот тут мне действительно стало страшно. Да, страшно, и мне не стыдно в этом признаться. О причине этого страха я напишу ближе к окончанию этой статьи.

Но начать я хочу со старого анекдота

Некогда был поставлен модельный эксперимент. Клетка, в клетке палки, ящики, под потолком на длинном шесте - связка бананов.
В клетку запускают обезьяна. Обезьян видит бананы и страстно их желает. Пытается залезть на шест – скользко, не получается. Трясет шест – бананы не падают. Садится на пятую точку, думает. Потом ставит пару ящиков друг на друга, берет длинную палку, забирается на ящики и сбивает бананы.

В клетку запускают ученого. Ему тоже нужны бананы! На зарплату МНС не пошикуешь… Пытается залезть на шест – не вышло. Трясет шест. Снова трясет шест… Снова и снова трясет шест…

Экспериментатор предлагает: «Может, сядешь, подумаешь?»
Ученый в ответ, злобно и запыхавшись: «Чего думать-то? Трясти нужно!»

Но вернемся к нашим баранам. Я достаточно индифферентно и с юмором слежу уже многие годы за талантливым распилом бюджетов разных уровней, происходящим под флагом «вакцинация от гриппа». Это потуги были забавны, хотя бы оттого, что еще полвека назад один из основателей современной вирусологии вполне обоснованно показал принципиальную невозможность создания подобной вакцины. Я об этом помню. Современные организаторы медицины подобного помнить не желают, а производители вакцин делают всё, чтобы и никто не вспомнил. Потому что теоретически подобное невозможно в принципе. Ключевое слово в этой фразе: «БЫЛИ». Эти потуги забавными именно БЫЛИ. Но об этом напишу позже.

Тем не менее, вся эта мышиная возня внесла свой значимый вклад в приобретение тотальной иммунодепрессивности человеческой популяции, которая не просто реальна, но стала давно привычной.

Однако! Эти действия (прививки старого типа) не имеют необратимого характера на популяционном уровне. Все эти потуги с вакцинациями вроде бы имеют благую цель – создание коллективного иммунитета ко вполне конкретным вирусам. Однако коллективный иммунитет – дело преходящее и малоустойчивое. Иными словами, что бы ни напортачили эти деятели – есть реальная надежда и возможность откатить ситуацию к исходному положению.

Другое дело – новый класс генномодифицирующих вакцин. Здесь задачей ставится одномоментное изменение генома человека с тем, чтобы исключить даже возможность для вирусов группы ОРВИ реализовывать свое эволюционное предназначение.

И вот это уже страшно… Что тут такого ужасного? Давайте разберемся.

Для начала вспомним, что именно мы знаем (подчеркну – ЗНАЕМ, а не слышали) о вирусах. Для начала упомяну о том, что известно среднестатистическому члену нашего общества, юзеру, как сейчас говорят.

    Вирус – это не живой объект. Он не способен ни к одному из действий, которые характеризуют живое. Но это и не объект мертвой природы – он способен двигаться, совершать некие действия.
    Это нечто мелкое и очень примитивное.
    И это нечто, доставляющее одни неприятности.
    Кто-то из продвинутых пользователей с умным видом сообщит о том, что вирусы – это внутриклеточные паразиты.

Теперь давайте посмотрим, что о вирусах известно науке.

1. Для начала – вирусов МНОГО. Не просто много форм (хотя это действительно так). Нет, их физически очень много. Настолько много, что мы этого даже представить себе не можем! В каждый момент нашей жизни на планете наличествует (только на поверхности, в атмосфере и в воде) 10 в 31 степени вирусных единиц. Не внутри организмов, а в свободном, относительно инертном состоянии! Что это значит? Если только морские вирусы выложить один к одному в линию, то линия эта будет длиной
10 000 000 световых лет, что является примерно ста поперечникам нашей галактики.

Если взять только морские вирусы, то в них содержится 200 млн тонн углерода. Это приблизительно эквивалентно содержанию углерода в 70 миллионах особей синих китов (самое крупное, на настоящий момент, млекопитающее).

Не будем далеко уходить от моря: в одном (в любом) килограмме морских осадков содержится порядка миллиона РАЗНЫХ видов вирусов. Не вирусных единиц, а ВИДОВ!

Т.е. сейчас в науке считается, что вирусы – убивиктарны. Убивиктарный – значит «вездесущий». Чем это для нас важно? Это означает, что мы дышим вирусами, мы едим вирусы, мы пьем воду, кишащую вирусами, мы ходим по вирусам, мы спим на вирусах. МЫ ЖИВЕМ В МИРЕ, ГДЕ ВИРУСЫ БУКВАЛЬНО ВЕЗДЕ!

Что? Страшно? А вы не бойтесь! Этот факт нужно просто принять, как данность.

2. Вирусы существуют в двух формах. Пассивная форма, в которой вирус наличествует в окружающей нас среде. И активная – которую он приобретает исключительно внутри клетки. Активная внутриклеточная форма вирусов способна размножаться и воздействовать на генетическую информацию, несомую клеткой.

3. Именно последняя особенность позволила определить вирусы с одной стороны врагами всего живого, и с другой стороны – внутриклеточными паразитами.

Все перечисленное выше – достаточно известно. Но пойдем далее.

4. Странное дело. Названия многих известных нам вирусов сопряжены с названиями болезней, которые вызываются этими вирусами. Вирус кори, вирус гриппа, вирус оспы, вирус свинки, вирус герпеса, вирус бешенства. НО! Каждый из этих вирусов – только единичный представитель большого семейства сходных и родственных ему вирусов, которые … Вот ведь неожиданность-то! Которые не вызывают никаких болезней! Во всяком случае, ни с какими болезнями эти вирусы связать не смогли. Т.е. из огромного множества подвидов вирусов, болезни вызывают только единичные подвиды… Ну, для ясности, из тысячи подвидов – только один вызывает болезнь… Но при этом ВСЕ эти подвиды числятся врагами всего живого и внутриклеточными паразитами. Т.е. если тут и есть логика, то это какая-то такая особенная, вирусологически- инфекционная логика. Понять это невозможно, нужно в это ВЕРИТЬ.

Но – идем дальше. Известно, что вирус полиомиелита вызывает полиомиелит. Тяжелое заболевание, страшное своими осложнениями. Но… А вот что известно гораздо меньше: из ста тысяч людей, у которых в крови достоверно обнаруживается этот вирус – заболевают 1-2 человека. Причем, в подавляющем большинстве случаев заболевание протекает в легкой форме, по типу не очень тяжкого ОРВИ. И это все не мои фантазмы – это данные серьезных эпидемиологических исследований. Запомним это. Вирус клещевого энцефалита – и мы видим ровно такую же картину. Мало того! Вот вирус гриппа. Еще в пятидесятых годах прошлого столетия было показано, что в период эпидемии (или вспышки, не имеющей эпидемического характера) вирус гриппа обнаруживается в крови всех без исключения людей, живущих в данной местности и в данное время. Вирус есть у всех. А заболевают – от 3-5 до 15-20%. Интересно, правда? Вот если мы все съедим гнилую колбасу – то мы все и отравимся колбасным ядом. Кто сильнее, кто слабее – но отравимся все… А с вирусами такое не пляшет. Хотя термин «вирус» и переводится на русский язык, как «яд».

Нужно сесть и подумать. Я понимаю, что думать - это непривычно, это тяжело, ведь такие уважаемые и маститые вирусологи и инфекционисты говорят совершенно другое, и мы обязаны им ВЕРИТЬ. Ну… Лично я – православный, и привык верить в другое. А в прочих случаях – есть разум. И хорошо бы его включать. Итак, вот ситуация – есть город, в нем сто тысяч жителей, двое из них кого-то убили. Наличие этих двух убийц дает ли нам право назвать убийцами всех жителей этого города? Или тут что-то иное? Ну да, для тех, кто всю жизнь работал в полиции, кто в основном только и сталкивается с маргинальной частью нашего общества, подобный вывод может быть допустим. Но для такой логики есть и название - профессиональная аберрация сознания. Естественно, если каждый день сталкиваешься с ворами, убийцами, насильниками – то достаточно скоро появится ощущение, что все окружающие тебя именно таковы. Если ты каждый день работаешь с больными вирусными заболеваниями, то достаточно скоро ты начинаешь верить в то, что все, у кого есть такой или эдакий вирус – больны… Здесь ключевым словом является именно «верить». Не знать, но – ВЕРИТЬ! И действительно, еще недавно, лет 50 назад, на полном серьезе считалось, что организм здорового человека стерилен, что в нем нет никаких вирусов! Увы… Это оказалось не так.

5. Мы уже знаем, что вирусы убивиктарны. Некоторые вирусологи на полном серьезе утверждают, что каждый из нас внутри себя таскает до 4 кг вирусных тел. Не знаю, на чем основаны эти подсчеты. Но вот что известно совершенно точно – после расшифровки генома человека выяснилось, что от половины до трети генов нашего, человечьего генома – имеют вирусное происхождение, внесены в наш геном вирусами. И вот что интересно – это далеко не бесполезная часть нашего генома, многие из этих фрагментов активно работают для обеспечения нашей жизни. Т.е. мы живы, пока эти фрагменты работают. Мало того! Есть особенный класс вирусов – эндогенные вирусы, которые всегда присутствуют в нашем организме – не в виде фрагментов ДНК или РНК, а именно как вирусы. А они нам нужны? Ну, как пример: вот белок синтетин – его синтез кодируется одним из таких эндогенных вирусов. И только им, только этим вирусом. Этот белок обеспечивает слияние клеток при развитии плаценты. Без этого вируса плацента бы не образовалась! Просто не смогла бы образоваться. Понятна цена вопроса? И вы, и я родились от папы с мамой. Но мы не смогли бы родиться, если бы у мамы не было этого самого эндогенного вируса… Вот такой вот внутриклеточный паразит… Т.е. что же? Не все вирусы – враги всего живого? Да и враги ли? Вспомним – вирус полиомиелита или вирус гриппа… Вирус есть у очень многих, если не у всех. А вот болеют единицы. Да? А вот я знаю несколько русских, целых три человека. И все они – алкоголики. И именно этот факт позволит мне утверждать, что ВСЕ русские – алкоголики? Ага? Вы согласны? Из ста тысяч имеющих вирус полиомиелита – 2 человека заболели. Значит этот вирус – убийца? А может быть дело-то – не в вирусе? А именно в этих двух заболевших? А может они, эти заболевшие, чем-то отличаются от всех прочих, имевших вирус, но не заболевших?

Дежурные ответы на подобные вопросы давно известны - махнуть рукой и с умным видом, возведя очи горе, а указательным пальцем попытавшись проткнуть небо, возгласить: «Все дело в иммунитете! У одних он сильный, у других он слабый…». И всем всё сразу ясно. И всё бы хорошо, но как быть с тем фактом, что уже лет 20 как мы, жители достаточно развитых стран живем, имея устойчивый иммунодефицит, который приобретается буквально с первых дней жизни, благодаря титаническим усилиям самой научной медицины? Сейчас не будем говорить о причинах этого, просто констатируем факт – говорить о сильном иммунитете в наше время, как минимум, не смешно. Факт наличия этого тотального иммунодефицита не афишируется, но грамотным врачам об этом известно, это наша грустная реальность, и мы в ней живем. В частности, об этом в одном из своих интервью упоминал бывший главный санитарный врач РФ Г. Онищенко. Так что… Не катит такое объяснение. У всех нас иммунитет слабоватенький. А что нам говорит наука?

А вот тут всё интересно. Во всяком случае – интересно во взаимоотношениях вируса и организма. Здесь и сейчас нас интересует именно этот вопрос.

С одной стороны, у организма есть (помимо прочего) внутриклеточные защитные противовирусные механизмы. С другой стороны, уже у вирусов есть противозащитные механизмы, которые нивелируют эту внутриклеточную защиту. И здесь есть одна замечательность. Вспомним: существует два главных типа взаимодействия вирусов с клетками.

Первый — когда вирус проникает в клетку и так дезорганизует и перестраивает ее функции, что клетка используется целиком для воспроизведения огромного числа подобных же вирусов, т. е. для их размножения. В результате клетка гибнет, вирусы же проникают в другие клетки, где процесс повторяется. Вот это и есть болезнь. Когда реализуется этот механизм – мы видим клинические проявления заболевания.

Второй тип взаимодействия куда благоприятнее для клетки. Геном вируса, проникнув в клетку, встраивается, иногда в различных сочетаниях, в генетический аппарат клетки. Этот процесс называется интеграцией. Естественно, что изменение генома клетки приводит к изменению и функций этой клетки. Под воздействием вируса меняется содержимое генома – но клетка живет себе, и поживает вполне благополучно. Но уже – с измененными функциями.

А отчего же так происходит? В одном случае клетки гибнут, и мы видим болезнь, иногда – даже смерть хозяина. В других (замечу в большинстве случаев) – внедрение вируса есть, а гибели клетки нет. И болезни нет. Мало того, система внутриклеточных интерферонов, которая считается одной из главных противовирусных систем организма – эта система включается только в момент внедрения генома вируса в геном клетки и – внимание – блокирует возможность проникновения в клетку других вирусов! Причем эта система действует достаточно кратковременно – ровно до того момента, пока вирусный геном не внедрится окончательно в геном клетки, и клетка не перейдет в другой режим функционирования. Т.е. совершенно очевидно, что этот противовирусный механизм работает для обеспечения наиболее благоприятного встраивания вирусного генома в геном клетки! Вот как неожиданно-то…

Замечу – это все не фантазмы старого гомеопата. Эти вещи ныне общеизвестны среди вирусологов. Доказательством служат, например, работы одного из по праву известнейших вирусологов, профессора В. И Агола.

Так вот, именно во взаимоотношениях этих двух противоположностей и всё дело. С одной стороны – защитные механизмы клетки, с другой стороны противозащитные механизмы вируса. Было показано, что если в эксперименте погасить противовирусные внутриклеточные механизмы, то разрушения клетки не происходит, вирус встраивается в геном клетки и клетка переключается на другой режим. И только. Это с одной стороны. Было также показано, что если в клетку встраивается вирус, эволюционно давно знакомый хозяину клетки, противовирусные защитные механизмы клетки молчат… Просто потому, что такой, родненький вирус, имеет эффективные здесь и сейчас противозащитные механизмы, которые блокируют противовирусную защиту клетки… Чем-то это похоже на систему опознавания в противовоздушной обороне: летит некий самолет… Ракеты приготавливаются к старту – сейчас собьем!!! Но самолет включает систему опознавания «свой-чужой»… И всё - тревога отменяется. Самолет летит по своим делам, ракеты же – остаются на своем месте. А у нас в клетке происходит внедрение генома вируса в геном клетки, и клетка переключается в другой режим функционирования. Но! Вся эта благость наблюдается именно и только в этих двух случаях: либо должны быть выключены противовирусные механизмы клетки, либо это должен быть хорошо знакомый вирус, родненький для нашего организма.

Чему, кстати, мы видим давно известное подтверждение – уникальная тропность вирусов ко вполне определенным тканям и вполне определенным организмам известна со времен царя гороха. Т.е. в ходе эволюции произошла взаимная притирка противозащитных механизмов вируса и противовирусных систем клетки. Иными словами – я сейчас вынужден произнести страшные слова, которое, как я понял, жуть, как не любят вспоминать вирусологи, инфекционисты и прочая братия этого толка. Эти слова - биоценоз и симбиоз.

Применительно к человеку это обозначает всё сообщество микро- и макроорганизмов, которые эволюционно сопровождают человека – быть может, в течение всей его биологической истории. Это и вирусы, и бактерии, и грибки, и гельминты и даже насекомые, которые образуют устойчивое сообщество и неизменно сопутствуют человеку. Что очень важно – члены биоценоза, за редким исключением, находятся в симбиотических отношениях, сиречь – сами приносят какую-то выгоду прочим организмам сообщества, но и в свою очередь - получают какие-то вкусные плюшки за сам факт присутствия в этом биоценозе. Причем, если и есть исключения, то, вполне возможно, что наша наука пока (ПОКА!) просто не знает, в чем именно реализуется взаимная симбиотичность этих исключений и организма человека. Однако, здесь и сейчас, нас интересуют вирусы. Звучит дико – вирусы, которые приносят некую пользу своему хозяину, да? Какая может быть польза от вирусов того же гриппа, вируса гепатита, вируса полиомиелита и пр.? Ведь даже детям в детском садике известно, что эти вирусы вызывают болезни! Ага, детсадовцам это, действительно, известно. Но у меня есть некоторая надежда на то, что интеллект тех, кто читает эти строки несколько выше детсадовского уровня…

Поэтому – продолжу.

Просто факты:

Экспериментально показано, что интеграция вируса полиомиелита в геном хозяина (в том числе и человека) приводит к оптимизации работы мышечной ткани.

Из работ Г. Д. Засухиной однозначно следует роль определенных вирусов в репарации (восстановлении) поврежденных клеток.

Кроме того, в старых уже экспериментах Эберта было показано, что вирус способен инициировать и обеспечивать регенерацию, восстановление тканей, например, поврежденного миокарда.

В работах нобелевского лауреата Б. Блюмберга получены достоверные данные, показывающие, что вирус гепатита В в значительной степени определяет структуру гендерной принадлежности новорожденных у человека. Иными словами, именно этот вирус регулирует, сколько родится мальчиков, а сколько – девочек. Есть впечатление, что наличие или отсутствие этого персистирующего вируса у родителей может, помимо прочего, существенно влиять и на гендерное самоосознание ребенка. Т.е. у привитых от гепатита В родителей будут рождаться мальчики, к примеру, которые всё не могут понять – они мальчики или они девочки? Знакомая тема, правда? Быть может отсюда и растут ноги той агрессивности, с которой ЛГБТ сообщество пропагандирует тотальную вакцинацию всем и ото всего. Не знаю. И все это не доказано. Есть только подобное впечатление, но ведь печаль-то в том, что никто эти дела и не исследует! Никто не изучает, что именно делают вирусы в организме людей, которые имели контакт с вирусами, но не заболели.

А память у меня хорошая. И я прекрасно помню лекции профессора Четверяковой, заведующей кафедрой детских болезней в моей родной альма матер… Я помню, как она вдалбливала нам буквально следующее: «Детские вирусные заболевания называются так потому, что эти болезни являются обязательными этапами развития здорового ребенка! Ребенок может не заболеть той же краснухой, корью или ветрянкой, но он должен иметь контакт с этими вирусами! И тогда он имеет реальный шанс вырасти здоровым.» Мало того, я помню как старая, мудрая наша участковая педиатр отправляла нас с детьми в гости к незнакомым людям… Только не падайте со стула – отправляла в гости «на ветрянку»! Потому как не без основания считала, что ребенок, своевременно получивший и переживший такой контакт с этим вирусом - будет более здоровым, нежели тот, кто такого своевременного контакта не имел.

Такие примеры можно приводить до бесконечности.

И основная грустнота в этом вопросе заключена в том, что все эти факты получены, практически, случайно. В это сложно поверить, но… Вот ситуация: вирус наличествует, определяется у сотни тысяч человек, заболевают 1-2 человека… НО! Изучается только и исключительно воздействие вируса на этих заболевших! И что? На всех прочих, у которых этот же самый вирус достоверно обнаруживается – он никак не воздействует? Вот так просто пришел, поболтался в крови и помахал на прощание ручкой? Как-то не логично выходит, ведь мы же помним эту железобетонную максиму: «Вирус – это враг всего живого». Странно это…

Есть еще один факт, который не так давно был обнаружен и доказан современной вирусологией. Держитесь за что-нить крепко! Итак – доказано, что сам по себе вирус не является патогеном…Любой вирус! Т.е. в вирусе, как таковом – нет ничего патогенного. А чего же люди болеют? Оспа, бешенство, корь и пр., и пр…. Что, самое время сказать: «Ну, ты доктор заврался…»

Хе-хе… А вот и нет! Вот буквальное высказывание профессора В.И. Агола из его публичной лекции: «Нужно уточнить, что при попадании в организм нового хозяина вирус не приобретает каких-то новых патогенных свойств, не появляются у него какие-то особо патогенные белки – нет, не вирус стал злее, а новый хозяин – глуп.»

О чем идет речь? Вирус птичьего гриппа вполне безобиден в организме птиц, вирус атипичной пневмонии – так же почти безобиден в организме летучих мышей. А в организме человека – они вдруг приобретает размеры катастрофы… Так дело-то не в вирусах! Дело в том, что эти вирусы не симбионтны нашему организму! Эти вирусы принадлежат чужому биоценозу. Человека убивает не вирус, а гиперреакция его собственных противовирусных механизмов, вот что стоит за этим высказыванием профессора В.И. Агола! Не вирус убивает человека, а реакция организма на этот чужой вирус… Погаси, приглуши эту реакцию – и никакой бури, никакой болезни – не будет. И вот этот факт крайне важен для нас, категорически важен!

Однако, давайте обратимся к области, что интересует нас прямо сейчас, вернемся к проблеме Ковид-19.

Пока просто соберем до кучи доступную информацию.

1. Известно, что этот вирус относится к группе вирусов, вызывающих сезонные заболевания типа ОРВИ. Так же, как и вирус гриппа.

2. Показано, что после перенесенного гриппа состояние даже тяжело болевших с глубоким поражением дыхательного аппарата – на какое-то время улучшается. Да, не всегда, но достаточно часто, чтобы говорить о реальном существовании такого феномена. Улучшение происходит за счет восстановления функций эпителия дыхательных путей. Т.е. мы видим четкую последовательность событий: поврежденный в тяжелом легочном заболевании эпителий воздухоносных путей вдруг восстанавливается после перенесенного гриппа, после внедрения в его геном вируса гриппа.

3. Грипп (как и ОРВИ) – это сезонное заболевание. Вспышки и эпидемии этой болячки не зависят от календарных сроков. Они строго следуют изменениям климатических условий. В самом деле, нужно ли доказывать, что существование под открытым небом в холодный период и в теплый период – это две большие разницы. Это разные планеты, которые предъявляют к одному и тому же организму совершенно различные требования. И, вполне естественно, для оптимальности существования в изменившихся условиях – организм должен измениться, приспособиться, адаптироваться к этим новым условиям. А как именно может происходить эта адаптация? Известно, что адаптационные реакции подразделяются на острые, кратковременные, и на долговременные, устойчивые варианты. Кратковременные – это механизмы, обеспечиваемые изменением нейрогуморальных реакций. Сиречь – работой либо нервных механизмов, либо воздействием гормонов ли, других ли биологически-активных веществ. Это весьма действенные адаптивные механизмы, но у них есть одна большая закавыка – это быстро истощаемые механизмы. Нервное возбуждение скоренько сменяется торможением. Запасы биологически-активных веществ, как правило, небольшие, конечные. Всего этого хватает на кратковременное, но мощное усилие. Однако, никак не на продолжительную, монотонную работу. Организму нужна долговременная адаптация, а для этого должна измениться функциональная активность заинтересованных клеток. Изменения эти должны происходить (и происходят!) на генетическом уровне. И у нашего организма нет другого механизма такого почти одномоментного переключения генома клеток с одного режима на другой режим – кроме вирусов… Точнее – нам не известны такие механизмы. Но вот то, что вирус такое переключение может производить и производит – это нам известно.

4. И что получается? Меняются внешние условия существования организма, нужно адаптироваться к этим изменившимся условиям… Т.е. задача перед организмом поставлена – нужна адаптация. В нашем родном, человечьем биоценозе эволюционно давно и прочно присутствуют родненькие вирусы гриппа или ОРВИ, которые и предоставляют нужным клеткам нужную генетическую информацию. Причем – это не пассивные хранилища нужной в данный момент информации, нет! Организм приглашает необходимый вирус с необходимой информацией в нужный момент, и вирус обеспечивает активную модификацию генома заинтересованных клеток, изменяя их функционал в нужный момент в нужную сторону. Подчеркиваю – так в идеале. Что для этого нужно? Всего лишь наличие эволюционно оптимального вируса в биоценозе организма. И так было миллионолетиями. Миллионы лет вирус, как резервная флешка, сосуществовал в непосредственной близости с организмом, и в нужной момент предоставлял организму нужную информацию. Все логично, просто и красиво.

5. Ладно, а чем тогда объяснить все эти эпидемии, вспышки вирусных заболеваний, таких, как эпидемии черной оспы, например? Или испанки? А я – не знаю. Я могу руководствоваться только логикой, биологической логикой. Слишком много несуразностей в историях с этими эпидемиями. Память об этих эпидемиях сохраняет, в основном только одно: вдруг, откуда ни возьмись, возникает злобный вирус, внезапно! И начинается эпидемия, народ мрёт пачками… Потом эта эпидемия опять же ВДРУГ прекращается и всё – и жизнь течет по-прежнему… Т.е. не было бы этого зловредного вируса, так и не было бы этой беды… Ага. А у меня сразу вопрос: «А что, этим эпидемиям ничего никогда не предшествовало? Не было никаких изменений условий существования в рассматриваемой популяции? Кто-то изучал вопрос с этой точки зрения?»

Не-а… Я не видел подобных исследований. А кому это нужно, ведь всем давно известно, что вирус – это враг, которого нужно срочно уничтожить! Лучше вчера.

Но вот две самые близкие нам эпидемии глобального характера. Испанка – 1918-1919 годы… Она что, возникла на фоне полного благоприятствия для жизни человека? А Первая мировая война – это не в счет? Такая война никак не повлияла на условия существования людей? Что, кто-то действительно так думает?

Эпидемия полиомиелита – и Вторая мировая война… И послевоенная разруха… И миллионы тонн пыли поднятые в атмосферу… И… И как много еще этих «и» можно перечислить. Ну? Можете кинуть в меня тапком, но лично у меня есть четкое впечатление, что в обоих этих случаях эпидемиям предшествовали изменения условий существования человеческого организма. И что дальше? Если бы в биоценозе организма был нужный вирус, который бы смог обеспечить адаптацию организма к этим, изменившимся условиям, то, скорее всего, и эпидемий бы не было… Увы, в привычном и доступном ассортименте симбионтов такого вируса не нашлось. И что мы видим? Организм ставит задачу, которую должен решить вирус. А вируса, способного привычно и безболезненно обеспечить решение этой задачи – нету. И организм вынужденно начинает поиск нужного вируса из доступного (вы помните, сколько различных вирусов вокруг и внутри нас?) множества вариантов… Все ровно так же, как делаете и вы, когда вам на вашем компе нужно решить некую задачу, а необходимого программного обеспечения у вас нет. Вы ищете, и так или иначе находите необходимый софт… И у вас появилась возможность эту задачу решить. Ура? Ага, но тут есть одна закавыка. Те из вас, читатели, кто имеет реальный опыт одновременной установки нового программного обеспечения на многих компьютерах одномоментно, те наверняка сталкивались с одной проблемой – из каждых, приблизительно, ста компьютеров, на которые нужно установить новую программу, всегда наблюдаются 1-2-3, редко – больше, компьютера, на которых программа работает не штатно или вообще отказывается работать. Это нормальное явление, т.к. при всей своей схожести компьютеры все же разные, имеют индивидуальные отличия. В этом случае компьютерщику приходится попыхтеть… Внимание! Он пыхтит, подстраивая конкретный компьютер для оптимальной работы устанавливаемой программы! Умный человек изменяет компьютер, а не программу. Но – это инженер, это умный, грамотный человек.

И вот тут прямая аналогия. Есть изменение внешней среды, есть организм человека. Изменения среды диктуют организму задачу: хочешь выжить – меняйся, адаптируйся, приспосабливайся к изменениям. Адаптация же возможна только за счет нужного вируса, который несет необходимую в данном случае информацию. Такой вирус находится – но… Далеко не все члены нашей популяции способны адекватно перенести внедрение такого вируса в свою родную клетку… А как же – ведь вирус еще не стал симбионтным, наша популяция только начала его одомашнивать… Да, из всего многообразия окружающих вирусов выбирается наиболее соответствующий… Но это вот та самая ситуация, когда из многих вариантов не самого лучшего нужно выбрать то, что ближе всего к желаемому. Это очень не оптимальный выбор, но лучший из возможных здесь и сейчас. Лучший для популяции в целом, но… Но далеко не лучший для конкретных членов нашей популяции… И как результат – мы имеем эпидемию…А, иными словами – что? Вирус, прошедший популяционный отбор по качеству несомой им генетической информации, и по, хотя бы, относительной эффективности имеющейся у него, у вируса, противозащитной системы – этот вирус вполне благополучно встраивается в геном большинства людей. Но всегда есть достаточно много тех, чья клеточная защитная противовирусная система отказывается признать новый вирус за полезного члена нашего биоценоза и устраивает по этому поводу истерику, бушует. Помните слова профессора В.И. Агола? Это, как раз, тот самый вариант. И мы видим болезнь, эпидемию. Не потому что вирус такой разэтакий, жуть патогенный… А потому, что организмы достаточной части нашего общества пока (подчеркну – ПОКА!) не способны на сотрудничество именно с этим вирусом.

И вот тут очень любопытный момент. Еще раз пробежимся по цепочке событий.

Изменение условий существования ставит перед популяцией задачу – нужно приспособиться к этим изменениям. В популяционном биоценозе здесь и сейчас нет ручного и родного источника генетической информации, которая бы обеспечила такую адаптацию. Но условия-то изменились, адаптироваться-то нужно. И популяция ищет источник такой информации в соседних, доступных биоценозах. И находит. Но найденное - это пусть близкий по своим требованиям, но все равно, достаточно чужеродный, не оптимизированный еще вариант. И мы переживаем эпидемию.
И как реагирует на все происходящее наша самая доказательная и такая научная медицина? Правильно! Сразу включаются все средства противовирусной борьбы: противовирусные препараты уничтожают вирусы внутри организма человека, дезинфектанты – уничтожают вирусы во внешней среде, разрабатываются вакцины, которые должны настроить внеклеточные противовирусные механизмы для блокирования и уничтожения этого страшного «врага» при попытке его появления в организме…

Помните, что делают инженеры в аналогичной ситуации? Они не пытаются уничтожить флешки, несущие устанавливаемую программу… Ну да, с точки зрения медицины, то, что они делают – это глупость! В самом деле, вот было 100 компьютеров, все живы и здоровы. Потом появились эти зловредные флешки с новой программой, и несколько компьютеров захворало – после тесного контакта с этими флешками! Козе и инфекционисту все совершенно понятно – причина болезни в этих самых флешках, и в программе, которую эти флешки несут! Их нужно немедленно уничтожить, несомую программу - снести, и обязательно установить соответствующий программный запрет на все будущие возможные контакты с этим флешками и с этой программой. Причем, нужно обязательно это сделать НА ВСЕХ КОМПЬЮТЕРАХ!!! Даже на тех, где программа установилась штатно. В медицине этот процесс называют вакцинацией.

И вот представьте себе таких инженеров, которые, убедившись в том, что новая программ приводит к проблемам на нескольких из множества компьютеров, начинают бегать с молотком наперевес по офисам и уничтожать эти зловредные флешки, устанавливать программные запреты на устанавливаемую программу… Нет, все это сделать можно! Но – инженеры владеют инженерной логикой, а не медицинской (я сам врач с 40 летним стажем, мне позволителен такой сарказм). Для инженера очевиден факт, что есть задача, эту задачу никто не отменял, и эту задачу нужно решать. Именно поэтому инженер будет оптимизировать работу тех немногих машин, что «заболели» после контакта с флешками и новой программой. И добьется того, чтобы и на этих, «заболевших» машинах программа стала работать штатно… И что главное – поставленная задача будет решена!

Но вернемся к нашей популяции, находящейся в изменившихся условиях. Популяция переживает период «приручения» нового члена своего биоценоза – появился новый, нужный для организма здесь и сейчас, вирус. Чтобы весь биоценоз всей популяции в целом вышел к новому оптимальному состоянию, соответствующему изменившимся требованиям среды обитания, нужно некоторое время, дабы защитные механизмы заинтересованных клеток и противозащитные механизмы нового вируса пришли к оптимуму, притерлись друг к другу. Как это происходит? Вирус мутирует. НО! И вот это очень важно! Вирус мутирует не сам по себе. Вирус вне организма мутировать не способен, кто бы и что бы по этому поводу не придумывал. Вне организма вирус – это инертное вещество. Еще в 1979 году вышла работа Е. К. Тарасова «Физический аспект проблемы биологической эволюции». На основе проведенного математического анализа вероятности случайной направленности мутаций автор приходит к неожиданному выводу. Он показывает, что мутации практически всегда носят отнюдь не случайный характер. Мутации подчиняются законам, определяющим общее обязательно прогрессивное течение эволюции. Т.е. сам организм, если мы вернемся к вирусам, направленно вызывает нужные ему, организму, мутации вируса. И через некоторое время – вирус становится штатным членом нашего биоценоза. Но ведь мутации могут быть не только у вируса! Мы, люди, мы ведь тоже все разные. Мы, так или иначе, отличаемся друг от друга. И, что совершенно естественно, внутри популяции всегда есть те, чьи внутриклеточные защитные механизмы вовсе не согласны целоваться взасос даже с самыми одомашненными членами нашего биоценоза, даже с самыми привычными вирусами… И вот эти-то люди и болеют… Именно они и демонстрируют вспышки сезонных заболеваний – мы сейчас рассматриваем именно эту тему взаимоотношений людей и вирусов. И тут, возможно, есть опять же положительный эволюционный момент для всех членов нашего биоценоза: именно эти немногие болеющие люди поддерживают внутри нашего биоценоза необходимое количество вирусных тел одомашненного вируса. Это если следовать биологической логике.

А если следовать логике инфекционистов? Есть сезоны, в которые обязательно болеет достаточное количество людей, и мы называем это дело сезонными вспышками вирусных сезонных инфекций. А периодически возникают эпидемии и даже пандемии таких заболеваний. Если мы – инфекционисты, то нас мало интересуют те люди, что не заболели, наш удел – лечить заболевших, и наша задача – делать так, чтобы люди не заболели. Точка. Ну, в самом деле, мы врачи или так, погулять вышли? Если мы врачи – наше дело – лечить больных. Это не обсуждается.
И что нужно в этом случае делать? Ну… Еще раз рассмотрим ситуацию. Вот смена сезона, изменение внешних условий существования. Организму нужно адаптироваться к этим изменившимся условиям, это очевидно. И перед организмом во весь рост стоит задача - нужно обеспечить такую адаптацию. Адаптация обеспечивается внедрением соответствующего вируса в нужные клетки организма, и в этот момент мы обнаруживаем вирус в крови всех без исключения людей, проживающих в данной местности. Подчеркну – вирус – у всех. А заболевают - только очень некоторые.

Что, по человеческой логике, нужно было бы делать? Правильно! Нужно провести соответствующие исследования, заранее вычленить эту небольшую группу людей, которые имеют риск заболеть при контакте с вирусом. И прицельно отработать с ними. Как именно отработать? Или предложить именно им другой вирус, который бы не вызвал в их организме подобную бурю, но выполнил бы поставленную задачу. Это сложно, но возможно. Либо работать уже с организмами этих людей, подстраивая их внутриклеточные защитные механизмы или, что куда проще – хотя бы временно придавливая эти защитные механизмы, чтобы вирус имел возможность встроиться в геном клетки и тем самым переключить ее функционал, адаптировать клетку и организм к новым условиям.

НО! Это логика нормальная и человеческая.

А что мы видим в реальной жизни? Вместо прицельной работы с реально нуждающимися в такой помощи группами населения – медики начинают залповую стрельбу по площадям. Вакцинация всех без исключения – это наше всё! Противовирусная терапия в разных вариантах! Мы грудью станем на пути этого гадского вируса и ни в коем случае не допустим его штатной работы! Ни за что! И, что любопытно, очень не бесплатно.

А если посмотреть на всю эту суету с высоты всего того, что мы уже знаем? И знаем всё это не только мы – я не открываю никаких Америк – всё перечисленное давно известно и вирусологам, и эпидемиологам, и, кстати, инфекционистам… Итак, внешние условия меняются – сезонные изменения климата не отменить никакими прививками. Печально, но это факт. К каждому изменению сезона каждый организм должен адаптироваться – это опять же факт, который невозможно отменить никаким приказом Минздрава и даже указом Президента. Перед организмом встаёт задача такой адаптации… Организм пытается эту задачу решить с помощью давно одомашненного вируса, но тут… А тут, на пути вируса встают суровые люди в белых халатах!!! Не пустим, уничтожим. И нам по барабану реальные потребности организма, потому что мы лучше всяких организмов знаем, чего им, организмам, нужно. Хотя бы потому, что у организма нет высшего медицинского образования, а у нас оно есть! Точка. Сказали, как отрезали. И сделали, как завещал великий Черномырдин. Т.е. все противовирусные мероприятия, реализуемые здесь и сейчас направлены, в конечном счете, на то, чтобы заблокировать реализацию необходимой для организма адаптации к меняющимся или уже изменившимся условиям жизни… Т.е. качественную долговременную адаптацию для популяции получить уже не реально…

Ага. Можно сказать, что это снова бредни старого доктора? Но вот свеженькие данные. Не так давно ВОЗ с большой помпой отрапортовало о том, что многолетние усилия по созданию коллективного иммунитета против вирусов гриппа увенчались эпохальной победой! Ура, вакцинация против гриппа привела к этому достижению… Вот какие они все молодцы. Примем этот факт к сведению: вирус гриппа, вроде как, забороли и победили. Помните, в начале статьи я писал о своем благодушии по отношению всей этой вакцинальной суеты? Посыпаю свою голову пеплом… Увы мне, я недооценил разрушительные возможности людей, вооруженных очень неполным знанием и величайшим самомнением… Ну да, ломать – не строить.
Теперь послушаем умного человека. Вот интервью Игоря Алексеевича Гундарова — доктора медицинских наук, кандидата философских наук, профессора, специалиста в области эпидемиологии и профилактической медицины, демографии, социальной психологии, философии:

link

Интервью интересное. Но во всем этом интервью меня зацепил вот этот фактик, я позволю себе цитировать профессора:

«Вирус гриппа – противник коронавируса. Там, где высока заболеваемость гриппом, там низкая заболеваемость коронавирусом. В последние годы гриппа стало очень мало. Сравним динамику заболеваемости гриппом в России. В 90-х годах заболевали гриппом ежегодно 4-5 до 8 миллионов человек. С началом двухтысячных вдруг резко стал падать грипп, вот сравните – было 8 миллионов, стало до 800 тысяч в год, и до 80 тысяч, и даже до 12 тысяч в год. И если график рисовать – вдруг грипп исчез. Сейчас почти нет вспышек гриппа. А что с общей заболеваемостью? А общая заболеваемость не меняется! Вот, как она была, так она и осталась. А смертность от пневмонии? Сейчас нас волнует смертность от пневмонии, как осложнения вирусной инфекции. Человек умирает-то не от интоксикации, вызванной вирусом, а от вирусной пневмонии. Так вот, смертность от вирусной пневмонии за эти двадцать лет выросла. И возникает вопрос – грипп исчез, а заболеваемость такая же, а смертность даже выросла. И вот вывод – то пространство, которое занимал грипп… А почему грипп исчез? А это хорошо работало здравоохранение. Противогриппозные сыворотки добили грипп до конца, и он исчез… Мы выгнали вирус гриппа из человеческой популяции, и туда, на его место, ломанулись коронавирусы. Вот что мы сделали.» Конец цитаты.

Я не могу согласиться с мнением профессора о том, что вирус гриппа – противник коронавируса. Нет, вирус гриппа – естественный конкурент всех прочих за место в биоценозе человека. И вирус гриппа – это БЫЛ (увы, уже – БЫЛ) обязательный и необходимый элемент нашего биоценоза. Но… Вспомним анекдот, который я привел в начале этой статьи. Чего думать-то? Трясти нужно! Есть вера, не знание, а именно вера в то, что вирус – смертельный враг. И в то, что любой вирус достоин только уничтожения. Сесть подумать? А для чего? Трясти, трясти нужно!!! Что там еще в биоценозе человека осталось? Вирусы ветрянки, краснухи, кори? Уничтожить!

А то, что у биологии есть свои законы, знать которые медики отчего-то не желают – с этим как быть? Освободившееся благодаря нашим усилиям место в биоценозе, пустым быть не может. Это место немедленно будет занято каким-то другим агентом – вирусом ли, бактерий ли… В зависимости от того, что именно нам заблагорассудилось уничтожить здесь и сейчас. Да, многолетние усилия по разрушению нашего биоценоза (иначе усилия вакцинаторов не назовешь) привели к вычеркиванию из нашего окружения жизненно необходимого для нашего существования вируса гриппа. Он один из тех, кто обеспечивал адаптацию организма к сезонным изменениям климата. Этого мы добились. Так стоит ли удивляться тому, что организм начинает поиски заместителя вирусу группа в соседних биоценозах? Ведь задача-то остается, ведь адаптироваться-то нужно. Т.е. не нужно искать какие-то потаенные вирусологические лаборатории, где, якобы в глубокой тайне, выращивались эти ковид-19, не нужно кивать на китайцев, которые якобы специально вырастили эти вирусы и запустили их по всему миру… Всё, как всегда, намного проще - человеческое самомнение, чисто человеческая привычка сначала сделать, потом посмотреть, что получилось… Наш враг – вирус гриппа! Вакцинами его! Вакцинами!

Ну, победили… И что? Имеем сначала свиной, потом птичий грипп, вирус атипичной пневмонии… Ведь это всё попытки хоть как-то заместить освободившееся после ухода вируса гриппа место в нашем биоценозе… И вот сейчас – коронавирус. Такая же попытка. «Хотели, как лучше. Получилось – как всегда». Кто сказал?

И вот теперь о том, чего я испугался

Сейчас идет активная разработка вакцин от коронавируса. Предположим, их создадут. Предположим, они будут очень эффективны. И что? Из нашего биоценоза будет выдавлен уже и коронавирус. А КТО НЕИЗБЕЖНО ПРИДЕТ НА ЕГО МЕСТО??? КАКОЙ ВИРУС?

Есть ведь еще одна биологическая закономерность: при замещении опустевшего места в биоценозе всегда реализуется наиболее щадящий вариант. Так вот – коронавирус – это вариант самый ЩАДЯЩИЙ на настоящий момент. На смену ему неизбежно придет что-то более страшное. Это логика биологии.

И второе, что меня напугало – реально напугало. Это сообщения о том, что готовится новый класс вакцин, механизм действия которых заключается в устойчивой, наследуемой модификации генома человека таким образом, чтобы уже никакие ОРВИ-подобные вирусы не имели возможности в этот геном встраиваться. Ребята решили намертво «защитить» наш организм от всех подобных вирусов. А если перевести на человечий язык всю эту браваду? А запланировано ни много, ни мало – полностью лишить нас, наши организмы возможности долговременной сезонной адаптации. И у меня такой робкий вопрос… А мы, люди, на этой планете Земля, в этих климатических условиях – мы сможем выжить, как биологический вид, если наука снова победит природу и здравый смысл, и возможность к такой долговременной адаптации у нас будет уничтожена раз и навсегда? Хотя… Ну, как я сразу не догадался! Мертвые же не болеют! А для этих господ главное, чтобы болеющих не было…

Итак… Чего думать-то? Трясти нужно. И ведь – трясут, и трясут, и трясут…

И самое грустное. За всем этим стоят очень большие деньги. Ну, просто ОЧЕНЬ большие. Поэтому, надеяться на то, что найдутся некие спонсоры, которые бы смогли финансировать исследования в этой области – наивно. Такое может сделать только государство. И только в том случае, если государство действительно заинтересовано в том, чтобы мы, народ, плебс, быдло - мы все оставались бы живы.

Ох. Страшно.

Posted by Admin Tuesday, July 7, 2020 12:30:00 PM

Маска Fuck Corona

Китайский вирус — для принудительного вакцинирования населения. В россии сериал Эпидемия, а на Украине — Слуга народа. Проделали фокус и поставили у власти Клоуна Зеленского

Красный китайский вирус

В каком доме хотите приобрести квартиру?






Вирус из Китая

Когда впервые появился Коронавирус?

12 января 2020 года в Шанхай приехала жительница Уханя, заболевшая дома 10 января. 15 января она обратилась в амбулаторию, была изолирована, через 6 дней выздоровела и была выписана. Это первый лабораторно-подтверждённый случай инфекции 2019-nCov в Шанхае.



Купить средство против китай вируса

Коронавирус под микроскопом

RSS